Вход
Регистрация

Заповедные острова

Мы в соцсетях: VKYoutube

Содержание номера

Скрыть содержание

К читателям

Тернистый путь к природосообразности

Память

До свиданья, Папа переднеазиатских леопардов

Главная тема

Эпоха экопросвещения: Как ЭкоЦентр «Заповедники» и фонд «Заповедное посольство» учат человека и природу понимать друг друга и почему это так непросто

Позиция

Ирина Таранец: Главная проблема — отсутствие экологического мировоззрения

Успешные практики

Михаил Косарев: нам помогают развиваться Капова пещера и бортевая пчела

Арктиковедение — инновационное образование в «Русской Арктике»

Светлана Юшкова: Нацпарк «Красноярские Столбы» системно просвещает и ценит общественную поддержку

Экопросвещение сегодня – чистый Байкал завтра

Ответственный путешественник на Камчатке

Волонтерство

«Раифские помощники», мы будем скучать! Волонтёрское лето в Волжско-Камском заповеднике.

Четыре истории из Печоро-Илычского заповедника

Московские студенты-технологи в помощь Катунскому заповеднику

Путеводитель

В тур по экоцентрам Москвы

Исследования

Байкал воспроизводящийся

Мир заповедных животных

Спасение жабы из Красной книги

Содержание

Четыре истории из Печоро-Илычского заповедника


Фото с сайта ФГБУ Печоро-Илычский государственный природный биосферный заповедник. https://www.pechora-reserve.ru/

В нашей традиционной рубрике очень интересные и вдохновляющие рассказы от первого лица — волонтёров Печоро-Илычского Заповедника. Благодарим за помощь в подготовке материалов методиста по просвещению ПИГПБЗ Анну Никишину


 

Зоя Журавлёва о восторге от птиц и энергии на весь год 

Посты Зои о волонтёрстве: 1 и 2

В этом году я была волонтёром на кольцевании птиц в посёлке Якша. В нём располагается администрация Печоро-Илычского заповедника, а границы ООПТ начинаются почти сразу за окраиной посёлка. 

В Якшу довольно тяжело добраться: нужно доехать до Ухты, потом на двух маршрутках до самого посёлка. Но я почти без раздумий решила поехать.

Во-первых, я сама связана с биологией, и мне очень хотелось помочь коллегам в нелёгком деле изучения и сохранения заповедной природы. А без знаний невозможно охранять уязвимые виды на должном уровне. С помощью кольцевания птиц изучается их миграция. Кроме того, орнитологи замеряют такие параметры, как вес пойманной птицы, количество жира, длина крыла и так далее. Мне было очень интересно наблюдать этот процесс, слушать объяснения о том, как отличать стадии линьки у разных птиц, как отличать самца от самки, как организованно кольцевание в мире.

Во-вторых, я предполагала, что в подобном месте я встречу много единомышленников. И я не прогадала. На кольцевание приехали потрясающие и интересные люди, любящие природу. В свободное время мы много общались, пели песни под гитару, играли в настольные игры и веселились. Даже провели чайную церемонию!

Приятными, хоть и неожиданными, бонусами, стало само проживание в Якше и отношение к волонтёрам. Я думала, что жить на природе у заповедника будет здорово. Однако оказалось, что Якша — это не только чистый воздух и много зелени. Это ещё и северное сияние, и много-много звёзд на чёрном бархате неба, и нежно-розовые рассветы, и залитые ярким утренним светом поля с седыми метёлками мятлика, и туманы, клубами ваты укутывающие молодые ели. Северная природа лишена пестроты красок юга, но именно в таких местах, как Якша, её неброская красота раскрывается во всём великолепии.

Фото Зои Журавлёвой, предоставлено ФГБУ «Печоро-Илычский государственный природный биосферный заповедник»

Отношение к волонтёрам оказалось чрезвычайно дружеским и приятным. Сотрудники заповедника обеспечили нам отличную культурную программу: возили нас на лосеферму, водили по экотропе, организовали экскурсию в музей и сад с заповедными растениями.

Очень приятно осознавать, что то, что ты делаешь, нужно и ценится. Не менее приятно осознавать свой вклад в дело охраны заповедной природы. Да, этот вклад небольшой. Но каждое маленькое дело вливается в огромный общий поток охранных мероприятий, и это позволяет защищать хрупкую и уязвимую природу.

Для меня Якша оказалась воистину заповедным местом. Заповедником, где сохраняются первозданные леса со всеми экологическими связями, работают потрясающе добрые и душевные люди, преданные своему делу. Здорово чувствовать себя тоже причастной к этой природе, этим людям, к делу сохранения девственных лесов и диких животных. Для меня это самый лучший вид отпуска, он наполняет меня вдохновением и энергией на весь год.

Фото Зои Журавлёвой, предоставлено ФГБУ «Печоро-Илычский государственный природный биосферный заповедник»

А ещё невозможно описать восторг от того, что можно взять и подержать в руках большого пёстрого дятла и маленькую пеночку. Стоит ли это чувство того, чтобы ехать так далеко, в край мошки и болот? Я не могу сказать за каждого. Но для меня оно, конечно же, стоит.

Наверх


Дэви Боджона о силе и романтике леса и реки

Пост от Дэви в группе заповедника

Меня зовут Дэви, мне 21 год, и я месяц проработал волонтером на кордоне. Когда я принял решение ехать в заповедник, я находился на том этапе жизненного пути, где почти всё кажется возможным, но нет пока полноценной уверенности в том, что это «все» можешь ты. Зато есть безрассудное желание всю жизнь поставить на карту, нисколечко не думая о последствиях. К слову, на мой выбор повлияло неожиданность предложения (в моем возрасте все очень чувствительны к «знакам» судьбы) и немного тщеславный порыв приобрести необычный опыт, которым можно было бы потом перед всеми хвастаться.

Помимо этого, в лесу таких как я прельщает прежде всего романтика, ощущение свободы, острое чувство риска... Сейчас, мне эти слова кажутся смешными. И не потому, что в них скрыта ложь или какие-нибудь завышенные ожидания, а потому, что теперь я их понимаю совсем по-другому. Вся романтика испарилась, как только мы вышли на неделю в тайгу. Пот, грязь, комары, болота, отсутствие специально оборудованных мест для справления нужды — все это заставляло желать как можно скорого возвращения в последний бедный оплот цивилизации — дом лесника.

Сразу становится понятно, почему человечество на протяжении долгих лет изобретало то, что нас ограждает от природы: лодки, корабли, дома. Лес недружелюбен. В этом вся его сила и романтика. Дикая жажда биться за существование и выжить вопреки всему — вот, что теперь меня тянет туда обратно. Только преодолев себя и победив тем самым ЕГО, ты чувствуешь себя по-настоящему свободным. Естественно, хватало и часов беспечного отдыха, и поэтического созерцания, которые вылились впоследствии в стихотворение и несколько очерков. Много трогательных историй, смешных происшествий, радостных событий, но на фоне всегда были река и лес — грандиозные, невозмутимые гиганты, порождающие жизнь и забирающие ее.

Я бы мог рассказать о том, как мой друг Коля научился готовить лепёшки или же о том, как я разыграл туристов, вырядившись в аборигена. И той, и другой истории могла бы быть посвящена глава в гипотетической книге о наших приключениях. Однако, одно происшествие на реке Печоре имеет для меня большее значение и вы сейчас поймёте, почему.

Дело было днём, когда спустя чуть больше недели пребывания на Полое нас решили поднять на Шежымский кордон вверх по реке. В поход отправились целых три лодки. В первой сидел Николай Смирнов, директор заказника «Параськины озера». Он, как самый опытный пловец среди нас, взял на себя роль проводника нашей маленькой флотилии по мелководной и потому коварной Печоре. Второй командовал Игорь, лесник с второго кордона (Шайтановки). Они с Лёхой Шежымским, который следовал за ним на третьей лодки, возвращались домой после оказанной помощи с прочисткой границы заповедника у Полоя.

Фото из архива Дэви Боджона, предоставлено ФГБУ «Печоро-Илычский государственный природный биосферный заповедник»

Нас, а точнее — меня, Колю и еще одного Игоря, лесничего из заказника, распределили по лодкам так, что в двух из них оказались тёзки — Игори и Николаи. Плавание с самого начала не задалось. Лёха сетовал на то, что ему дали самую тяжёлую и маломобильную комячку, и мы с ним постоянно отставали, вынужденные часто протаскивать лодку по особо мелким участкам. Нельзя сказать, что река Печора опасная или труднопроходимая. По крайней мере, в современных условиях. Тем не менее, бывают моменты в середине лета, когда приходится изрядно попотеть, чтобы преодолеть хоть сколько-нибудь значимое расстояние в верховьях на деревянных лодках. Действительно, именно в это время года уровень реки опускается до своего минимального уровня. На поверхности воды появляются многочисленные буруны, которые необходимо вовремя обходить стороной, иначе встрянешь. Придётся вылезать из лодки и самостоятельно протаскивать её на несколько метров вверх по течению.

Итак, с горем пополам, мы проплыли несколько километров. Мы с Лёхой промокли насквозь, а вот мой друг Коля как будто бы и не окунался вовсе. Солнце стало потихоньку уходить в закат и я уже сидел мёрз, начиная смотреть в его сторону с тихой завистью, как вдруг судьба решила исправить эту несправедливость...

Обычно, река Печора отличается довольно-таки спокойным течением, но бывают места, в основном около берегов, где она стремительно ускоряется, делая плавание даже на моторных лодках весьма затруднительным. Как раз в подобном месте Игори не смогли совладать с течением и застряли на большой коряге. Коли сильно опередили Игорей и не были в курсе произошедшего. Мы же подумали, что ничего серьёзного не случилось и они сами справятся, поэтому благополучно проплыли мимо. Спустя какое-то время, однако, убедившись в отсутствии третьей лодки на горизонте, мы повернули обратно.

Фото из архива Дэви Боджона, предоставлено ФГБУ «Печоро-Илычский государственный природный биосферный заповедник»

Коли приплыли первыми, остановились в маленькой бухте чуть выше ЧП, достали бензопилу и направились вдоль берега к упавшему дереву, а наше неповоротливое суденышко причалило лишь к тому моменту, когда Коля-друг уже находился в воде, пытаясь высвободить лодку из цепкой хватки веток молодой ёлки, а Коля — директор заказника обсуждал с Игорями дальнейшее использование бензопилы. Не теряя времени, я разделся и поспешил в воду. Схватившись за крупную ветку, начал ожесточенно тянуть. Казалось, вот-вот, и совместными усилиями ёлка отделится от берега и поплывёт прочь, уносимая течением. Тут-то наши друзья и решились воспользоваться бензопилой. Неожиданно, ствол дерева отделился от суши и мы с ним вместе двинулись с места. Тогда я понял, что запутался в ветках, а, пока распутывался, очутился в метрах 3-4 от берега.

Такое течение даже профессиональному пловцу не под силу, а я, к моему великому стыду, и плавать-то нормально не умею. Поняв, опасность происходящего, Коля мгновенно очутился возле меня, толкнул к берегу и крикнул «Держись!». Можно было и сэкономить на словах, я также молниеносно среагировал, ухватившись за крепкий ствол и незамедлительно подав руку другу. Теперь мы оба были мокрые. Не говоря больше ни слова, мы вскарабкались на берег и побрели к своим лодкам. Впоследствии, Коля часто рассказывал, что спас мне жизнь, хотя я-то знаю, что выбрался бы и самостоятельно. Но главное же не в этом, правда?

Наверх


Анастасия Кривушина о погружении в другую жизнь и особый трепет

Пост Анастасии о волонтёрстве

Меня зовут Анастасия Кривушина, мне 36 лет, живу в Москве. По образованию я – биолог, и тема сохранения заповедных территорий мне знакома и близка. Работаю я, в основном, в лаборатории, в городских условиях, но очень люблю путешествовать, особенно по нашей прекрасной стране. Я уже давно задумалась над возможностью приехать в один из заповедников России в качестве волонтёра, но мне хотелось не просто приехать и увидеть красивое место, а поучаствовать в жизни заповедника, внести свой маленький вклад в общее дело защиты биологического разнообразия.

Почему я приехала именно в Печоро-Илычский заповедник? Конечно, во многих заповедниках и национальных парках есть волонтёрские программы, но в большинстве случаев они подразумевают довольно длительное нахождение – от одного месяца, что бывает проблематично для работающего человека с летним отпуском в 2 недели. Также во многих местах требуются волонтёры с хорошей физической подготовкой, что, в свою очередь, часто ставит ограничения по возрасту и полу. В Печоро-Илычском заповеднике мне очень понравился выбор программ, можно приехать как в саму Якшу, так и на дальние кордоны в горных районах, сроком на одну-две недели в зависимости от программы.

Фото Анастасии Кривушиной, предоставлено ФГБУ «Печоро-Илычский государственный природный биосферный заповедник»

Я приезжала по программе в Музей Природы, работа заключалась в фотографировании экспонатов этнографической коллекции для электронного каталога. Это старинные предметы быта, охотничьи и рыболовные принадлежности, книги, одежда с национальной вышивкой и многое другое. Испытываешь особый трепет, прикасаясь ко всем этим старинным предметам, принадлежавшим когда-то людям, жившим на этой земле.

А вообще приезжая волонтёром, можно увидеть и узнать гораздо больше, чем просто туристом. Поближе познакомиться с увлечёнными и преданными своему делу людьми, окунуться в атмосферу совсем другой жизни, очень сильно отличающейся от нашей привычной – городской. Ну и, конечно же, побывать в самых удивительных природных уголках, нетронутых и прекрасных.

Фото Анастасии Кривушиной, предоставлено ФГБУ «Печоро-Илычский государственный природный биосферный заповедник»

Наверх


Никита Аврамов о вдохновении от природы, пути и команды

Страница Никиты. Посты экоотряда про волонтёрство: 1234

Волонтёрством я занимаюсь с начальной школы. Сам я с Удорского района республики Коми и там у нас есть организация «Детское движение Удоры». В начале я развивал себя там, потом стал «Волонтёром победы». И буквально в прошлом году стал увлекаться экологией, вступил в «Российские студенческие отряды» и подался в «Экологический десант». Меня заинтересовало это направление, так как давно было желание побывать в особо охраняемых природных территориях. Сам я вырос в деревне, жил там до 18 лет и поэтому с природой нахожусь на одной волне.

У меня за спиной уже четыре выезда, в два ООПТ: Печоро-Илычский заповедник и Национальный парк «Койгородский». В первый раз я поехал в Печоро-Илычский заповедник, точнее в лосеферму в поселок Якша. В начале я насторожился, потому что дорога из Сыктывкара занимала около 12 часов. Было тяжело, но очень интересно и весело: мы ехали отрядом и было нас 10 человек. Задавался вопросами: «Что нас ждёт дальше?», «Что мы будем делать?», «Как нас встретят?».

«Как же тут красиво, тихо, спокойно. Свежий ветерок, тёплая речка, золотой закат, приятная усталость» — это были мои первые мысли, когда только приехал. Встречают везде очень хорошо, по-доброму. Мы заранее готовились к тому, что будем спать в спальниках и на полу. Но условия оказались прекрасные, я бы даже сказал шикарными: кровати, душ, баня. В общем, всё, что у нас в обычной жизни.

Фото из архива Никиты Аврамова, предоставлено ФГБУ «Печоро-Илычский государственный природный биосферный заповедник»

Работы много, а работников мало, поэтому и нужны волонтёры — и чем больше, тем лучше. Сама по себе работа не тяжёлая и, самое главное, разнообразная: то корм лосям заготовить, то в ботаническом саду помочь, то мусор убрать по территории. В общем, не теряешь интереса на работе — не монотонно. Работали мы всегда до обеда, а потом нам проводили всевозможные экскурсии, игры, викторины.

Очень интересно проходить по экологической тропе, увидеть редкие растения, узнать, какой он, этот заповедник, как выглядит изнутри, и сделать тысячу и одну фотографию, которые останутся навсегда. Это очень много даёт эмоций, так как в обычной жизни это не встретишь просто так.

Подводя итоги, хочется сказать, что я ничуть не пожалел, что когда согласился поехать и начал увлекаться экологической направленностью. Уже четвертый выезд, а я все ещё вдохновляюсь атмосферой природы, пути, команды с которой еду. Вот эта мысль, что мы приедем и хоть немного поможем людям, которые там работают постоянно и ежедневно, направляет меня и даёт силы продолжать свое дело.

Фото из архива Никиты Аврамова, предоставлено ФГБУ «Печоро-Илычский государственный природный биосферный заповедник»

Наверх