Вход
Регистрация

Заповедные острова

Мы в соцсетях: FacebookVKYoutubeInstagram

Содержание номера

Скрыть содержание

Вступительное слово

Экотуризм: летний сезон на ООПТ

Люди заповедные

Хранитель Водлозерской тайги

Тема номера

А. Г. Кирилов: «Мы видим возросший интерес туроператоров не только к самой заповедной территории, но и к созданию туристской инфраструктуры на ней»

Заповедник — детям

Летний туристический сезон в «Заповедном Подлеморье»

Маршруты Воронинского заповедника

Юбилейные даты и рекордное число туристов

Как я провела лето — 2021

Исследования

Экотуризм — это ответственное путешествие

Экотуризм

Водопад Учар — маршрут для ответственных туристов

Комплексная краеведческая

Событие

Заповедник «Центральносибирский»: гостевой домик классифицирован.

Новый природный парк — "Териберка"

Экотуризм

Экологический туризм в Кабардино-Балкарском государственном заповеднике

Путешествие в "Сайлюгем"

Практики

Природный парк "Иремель" — 2010/21

Заповедная школа в Крыму

Внимание, забота и поддержка: проект «Кенозерское ДеДство» подводит итоги

Опыт

Экологические проекты в заповеднике «Басеги»

Цифровизация туристических сервисов «Угры»

Мир заповедников

1000 шагов вокруг света и сквозь столетия

Заказник «Воробьевы горы» — живой музей природы под открытым небом

Инициатива

Вместе с Арго в Алтайском биосферном заповеднике

Заповедное творчество

Конкурс заповедных сувениров

Содержание

Комплексная краеведческая

История одной экспедиции




Летом в рамках комплексной краеведческой экспедиции энтузиасты туристского клуба «Дорога» побывали на местах бывших деревень на территории Лысьвенского района. Талка, Большой Бизь, Деменёво, Ломовка, Рябиново... В былые годы здесь кипела жизнь, но постепенно эти деревни исчезли с лица земли. Лишь немногие знают о них, и уж совсем единицы помнят расположение домов. Мы встретились с этими людьми, и они стали нашими проводниками в глубины уральской тайги. Пройдены десятки трудных километров по заброшенным лесным дорогам, преодолены реки и болота. И всё это для того, чтобы добраться до исчезнувших деревень и сохранить упоминание о них в истории.

Огромное депо в вековом лесу

Особенно меня впечатлили окрестности бывшего поселка Коноваловский Завод, куда мы попали из деревни Заречной (Бабенки). Представьте: огромное железнодорожное депо посреди глухого леса! Так теперь выглядит бывший поселок Коноваловский Завод и соседняя с ним деревня Коноваловка.

Сюда мы добрались на моторной лодке Сергея Пайдулина, а водил по лесам нас Александр Дылдин, житель Бабенок. Он в детстве охотился в этих местах вместе с отцом. Кажется, Александр Витальевич знает в Коноваловке каждый кустик, каждое деревце. «Вот этих берез здесь не было, когда в детстве тут охотился».


Кто мог подумать, что среди глухого леса можно увидеть такое! А что еще скрывает от нас уральская тайга?


Огромные березы загадочно поскрипывают, словно отрицая слова бывалого охотника. Наша команда тоже в недоумении. А что же тогда тут было? «Поле, — отвечает Александр, — и кое-где остатки домов стояли». Выходим к такому «кое-где». Мощный бетонный фундамент, метров восемнадцать по короткой стороне. «На века строили!» — восхищается проводник.

Невдалеке виднеется то самое депо. Размеры действительно впечатляют. В депо пять арок для пяти паровозов. Каждая арка метров десять в высоту и около восьми в ширину.

Внутри депо все заросло. Смотровые ямы затянуло травой и кустами, стены и оконные проемы покрылись толстым слоем мха.

«Как думаете, что это?» — Александр показывает на кусок бетона, очертаниями напоминающий бочку.

И тут же поясняет: «Когда строили депо, привозили бетон в деревянных бочонках, некоторые из них застыли прямо в форме, а потом дерево сгнило». С удивлением разглядываем бетонные бочонки. Как интересно! Кто мог подумать, что среди глухого леса можно увидеть такое! А что еще скрывает от нас уральская тайга?

Продираемся сквозь бурелом и выходим к реке Чусовой. Александр что-то усердно ищет среди высокой травы. «Могила тут, с Гражданской еще». Все вместе прочесываем берег, но, к сожалению, ничего не находим. «Потеряна могилка, жаль», — вздыхает проводник. Решаем, что нужно продолжить поиски ранней весной, пока нет высокой травы.

«Ненужные могилы»

Поездка в Рябиново. Тут очень красиво: пруд в высоких берегах, душистое разнотравье. Когда-то здесь, кроме коренных жителей, жили раскулаченные и репрессированные.


Кто мог — рыл землянки чем придется: руками, зубами, ложкой. Кто не мог — замерзал насмерть...


Сегодня наш проводник — Анна Алексеевна Захарова, жительница станции Кын.

В Рябинове она родилась и провела здесь все детство. На месте деревни сейчас поле с редкими остатками домов. Большой пруд с рукотворной дамбой зарастает.

Одинокая утка пугливо прячется от нас в зарослях, когда мы подходим к воде. Раньше здесь жили люди, были клуб и библиотека. Со слезами на глазах Анна Алексеевна вспоминает голодные годы, тяжелую работу. Но замечает, что в библиотеку и клуб с радостью прибегали ребятишки со всех окрестных деревень.

Анне Алексеевне запомнился рассказ мамы, как по зиме привозили в Рябиново новых жильцов. Люди в форме НКВД бросали несчастных в лесу, практически без вещей, и уезжали. Кто мог — рыл землянки чем придется: руками, зубами, ложкой. Кто не мог — замерзал насмерть...

Их хоронили в общих могилах, ведь было таких несчастных очень много. Анна Алексеевна показывает эти длинные холмики. Никаких обозначений. Могилы затянуло травой, и найти их очень трудно. «Никому они не были нужны: ни тогда, ни сейчас», — сетует Анна Андреевна.

Мы хотели положить на эти холмики хлеба. Но ни у кого не оказалось ни кусочка, ни сухарика. Тогда стали искать по карманам хоть какую-то еду, но безрезультатно. Отыскался лишь шоколад. После некоторого сомнения все же решили оставить его, хотя вряд ли почившие здесь знали его вкус...

Деревянные кресты

Не могут стереться из памяти и поездки по местам старообрядческих деревень. Вот кладбище. Покосившиеся деревянные кресты, таблички с выцарапанными именами.


Те, кто знал, давно уж сами в землю легли...


Кое-где сохранились поблекшие от времени фотографии, и мы долго смотрим на них. Мы здесь вместе с Сергеем Ивановичем Аликиным.

Он родом из этих мест, сейчас живет в деревне Симоново, очень любит и знает свой край. Такое ощущение, что о каждой могилке на кладбище может рассказать.

Наш маршрут лежит в окрестностях бывшей деревни Талка. «Большая была, дворов тридцать, — вспоминает Сергей Иванович. — Жили только кержаки». И, как во многих местах, от деревни осталось только поле... «Кладбище сохранилось, потому что родственники умерших живут недалеко, за могилами ухаживают», — поясняет проводник.

На одном из кладбищ есть затерянная могила старовера, который показал дорогу белым в Гражданскую войну. Но в каком именно месте, уже никто не знает. «Те, кто знал, давно уж сами в землю легли...»

После Талки держим курс в деревню Большой Бизь. Здесь пока еще теплится жизнь. Шестеро постоянных жителей (три семьи по два человека) живут за счет небольшой фермы и немудреных пенсий.

«Раньше деревня была — ого-го!» — машет рукой в сторону местный житель. По его словам, деревня насчитывала больше полусотни дворов, держали много разной живности, были школа, сельпо и клуб. Сейчас в школе — ремонтная мастерская, а черные развалины домов напоминают, что здесь когда-то жили люди. «Жаль деревню, — вздыхает Сергей Иванович на обратном пути. — Несколько лет — и будет как в Талке».

Поиски на станции Унь

Очень интересной оказалась поездка в поселок Унь Свердловской области. Признаться, мы даже не ожидали такого краеведческого улова в первую же разведывательную поездку.

Унь — поселок-станция, здесь около двух сотен жителей. Все, по большей части, староверы.

Особенно выделяется в поселке дом семьи Балчуговых. Добротный, из красного кирпича.

Дверь открывает хозяин —  огромная борода почти по грудь и таких же размеров улыбка. Колоритный мужчина!

Он рассказал, со слов отца, что в поселке во времена Гражданской войны были активные бои. Ведь отсюда — прямая дорога на Кын. Были бои — должна быть и могила. Где же она?

Александр вызывается нам  показать. Как был в домашних тапочках, так и пошлепал по лужам на окраину поселка. «Где-то на этой поляне», — пытается вспомнить Александр. Ходит кругами по опушке, озирается по сторонам. «Или здесь?..» — местный житель неопределенно машет в пустоту.


А ведь Максим Горький предупреждал: «Тот, кто не помнит своего прошлого, обречен пережить его снова».


Мы огорченно переглядываемся. А кто еще может подсказать точное место? Александр морщит лоб. «Наверное, уже никто...» —  огорченно протягивает он. Что же, получается, могилу теперь совсем не найти? Наш проводник советует обратиться к бывшей местной учительнице, которая как раз и водила Александра и его одноклассников на это место больше тридцати лет назад. А его жена Марина вызывается проводить нас.

С Александром Балчуговым

Едем на другую сторону поселка, к учительнице математики Зинаиде Федоровне Кишмерешкиной. Она взволнована нашим приездом, сразу соглашается помочь.

Зинаида Федоровна прекрасно помнит, как каждый год на 9 Мая весь поселок собирался у этой могилы, потому что памятника Великой Отечественной не было. Стоп, значит, на могиле был памятник? «Конечно, был. Да еще какой!»

Вместе с Зинаидой Федоровной идем на то же место, куда перед этим нас водил Александр. Учительница внимательно оглядывает опушку. «Какое место вам Саша указал?» — Зинаида Федоровна оглядывается по сторонам. Показываем. «Нет, это не то. Нам нужны елки». Выбираемся из мелколесья на полянку. Прямо в центре растут четыре крупные ели. «Вроде тут...» — Зинаида Федоровна ходит вокруг деревьев и пытается вспомнить. Мы не мешаем. Вдруг она ныряет под еловую ветку и достает оттуда грязную темно-зеленую доску. «Все верно, здесь памятник стоял. Это же доска от оградки!»

Записываем GPS-координаты могилы. Спрашиваем, почему обелиск не сохранился. «Даже не знаю... Какой-то мужик убрал. Вроде как мешал его коровам пастись. А никто тогда и не возмутился». Откровенно говоря, мы были в шоке. Полвека стоял памятник, а потом раз! — и нет. И никому нет дела.

Но Зинаида Федоровна, видимо, решила окончательно ввести нас в ступор: «Если вы к нам приедете новый памятник ставить, мы вам обязательно поможем...» Вот это да! А если бы мы не приехали, вспомнили бы жители Уня об этом месте? Ведь установка нового памятника на могиле — задача местных, а не приезжих. А мы могли бы лишь поддержать инициативу жителей Уня.

Вот так даже там, где есть жизнь, не говоря уже про заброшенные деревни, память исчезает бесследно из-за равнодушия. А ведь Максим Горький предупреждал: «Тот, кто не помнит своего прошлого, обречен пережить его снова».

А было их 18...

Одна из важнейших поездок — в поселок Рассолёнки. Здесь нас ждет старожил и активный краевед Виталий Шатробаев. Он станет нашим проводником к месту бывшей деревни Деменёво. На «Ниве» Николая Александровича Латкина до урочища Журавлик, а оттуда вниз по Чусовой на моторной лодке.

Прибыв на место, Виталий Васильевич уточняет: «С шестьдесят пятого года у нас тут покос был». С трудом продираемся по берегу сквозь густую траву в рост человека. Наша цель — найти братское захоронение красноармейцев времен Гражданской войны. «Здесь была застава Лесновско-Выборгского полка, — продолжает рассказ наш проводник. — Восемнадцать ребят из окрестных деревень. А тут, в Деменёво, было четыре хозяйства всего. И красноармейцы-то эти спали в овине. Белые по наводке предателя Чудинова Николая Филипповича из Усть-Серебряной сняли ночью часовых, а остальных, спящих, закололи штыками».

Виталий Васильевич увлечен рассказом и давно перестал замечать комаров и мошек, тучами вьющихся над нами. Он ищет среди травы приметный камень у старой березы, но пока безрезультатно. (Потом выяснится, что береза упала.)

Наконец над рекой разносится его протяжный радостный крик: «Нашел!» Устремляемся к нему, видим небольшой белый камень. Несколько мгновений — и Николай Александрович уже втыкает в землю временный опознавательный крест, тут же вырубленный из ивняка.

А Виталий Васильевич начинает читать стихи собственного сочинения: «Вот я снова в Деменёво, там, где был у нас покос... После зимней-то разлуки я приветы ей принес!»

Эти строчки стали лейтмотивом всей нашей экспедиции. Мы надеемся, что когда-нибудь времена изменятся, и о забытых вспомнят вновь...

А Виталий Васильевич, сидя у небольшого костерка на берегу Чусовой, сокрушается, что никто об этой могиле не знает, хотя проплывают тут туристы, по нескольку тысяч за лето.

«Хорошо бы на этом месте памятник поставить!» — мечтательно говорит он. Ну что ж, пусть сбываются мечты у добрых людей! Буквально всем миром за неделю мы сделали памятник и вновь приехали в Деменёво, устанавливать его. Виталий Васильевич был очень рад этому!

Итогом этой краеведческой экспедиции стал документальный фильм «Вот я снова в Деменёво». На мой взгляд, фильм получился интересным и, главное, очень честным. Смотрите его на YouTube-канале «Все Дороги Мира»! А мы из всех поездок вынесли огромное количество интересного краеведческого материала и идей, которые впоследствии обязательно должны воплотиться в интересные краеведческие проекты.

Артем Палкин